“Кто считает — тот без денег”! В гостях у «Типографии Михаила Фурсова»

В начале 2026 года “Типография Михаила Фурсова” стала третьим в Питере владельцем цифровой машины, предназначенной для облагораживания листовой печатной продукции. Руководители компании сначала говорят, что эта история “не про деньги”, но в конце беседы все ее участники соглашаются — конечно же “это про деньги”...

Называть Михаила Дронь и Александра Миненкова просто партнерами по бизнесу язык не поворачивается. “Вот мне 43 года, — говорит Михаил, — из них 42 года я знаком с Сашей. Мы как в яслях познакомились, так с тех пор и дружим”.

Будущие полиграфисты жили в соседних домах, ходили в один садик и одну школу, но после этого их пути разошлись. В начале 2000-х, после учебы на экономическом факультете Санкт-Петербургского государственного университета, на кафедре экономической кибернетики, Михаил устроился экспертом по маркетингу в корпорацию „Галактика”, а Александр получил военное образование — детали он подчеркнуто не раскрывает — после чего занялся закупками в крупной компании, которая поставляла медицинскую технику и, кстати, оперировала довольно внушительными бюджетами. Никто из них не помышлял о перспективной работе в типографии, пока в один прекрасный день в 2003 году Михаил не предложил другу все бросить и заняться чем-то совершенно новым.

— “Звонит мне тогда Миша и говорит: “Саня, есть интересное направление — называется директ-мейл. Очень перспективное. Давай займемся”! — со смехом вспоминает Александр.
— “Вот смотри, — говорит, — конверт стоит рубль, упаковать — 50 копеек, наклеить марку по тарифу — три двадцать. И конверт целиком получается в районе пяти рублей, а продадим мы его за семь! Понял”?
— “Понял, — говорю я. — Понял, что ничего там не остается. Деньги-то где”?
— ”Так конвертов-то таких ТЫСЯЧИ”!!! — убеждал Михаил. — Это ОЧЕНЬ выгодно! В общем, давай увольняйся и запустим проект”!

Перспектива заняться развитием собственного бизнеса Александру понравилась и в 2003 году партнеры открыли компанию «Экспресс-Реклама», которая изначально оказывала услуги в области директ-маркетинга, а немногим позже превратилась в рекламное агентство полного цикла. Какое-то время заказы на печать партнеры размещали в других типографиях Санкт-Петербурга, но затем пришли к выводу, что формат работы нужно менять. Подрядчики не всегда выдерживали сроки и часто поднимали цены, тогда как у «Экспресс-Рекламы» были заключены договора с клиентами на 2–3 года с фиксированными ценами. Развиваться в таких условиях было проблематично, и Михаил с Александром задумались об организации собственного печатного производства. А поскольку большинство рассылаемых материалов не содержали персональных данных, для него оптимально подошли листовые офсетные печатные машины малого формата. В 2010 г. «Экспресс-Реклама» купила у краснодарской компании однокрасочные машины Heidelberg TOK/TOM для запечатывания конвертов и после этого на рынке появилась «Типография Михаила Фурсова», названная так в честь дедушки ее сегодняшнего генерального директора.

«В прошлом мы довольно часто колесили по заграницам, и меня поразило — сколько там старых семейных типографий с историей и традициями. В России такого почти не было. Многие типографии имели довольно безликие названия, а о традициях вообще речь не шла, — вспоминает Михаил. — Вот тогда мне и захотелось, чтобы наша типография ассоциировалась с конкретным человеком, который отвечал бы своим именем и своей репутацией за результат. Ну и кроме того я был — и продолжаю быть — уверен в том, что компания, носящая имя конкретного человека, подсознательно вызывает у клиента больше доверия. А для бизнеса это конечно же важно».

«Ну да, получается так, что печатаем мы, а отвечает за это как будто бы дедушка, — смеется Михаил, — но поверьте, этот человек занимает настолько важное место в нашей семье, что подвести его для меня было бы намного хуже, чем если бы на вывеске было мое имя. Дедушка родился в 1895 году. Он застал Первую мировую, воевал в Великой Отечественной. У него личная благодарность от маршала Жукова — у бабушки, кстати, тоже — и масса других заслуг, отмеченных в том числе городом. Например, его кортик до сих пор хранится в Военно-морском музее Санкт-Петербурга. Так что названная в его честь компания — это, в первую очередь, знак нашей большой любви и уважения. Дань памяти, которую хранят его дети, внуки и правнуки и которые станут основателями традиций, о которых я говорил».

Дальнейшее развитие “Типографии Михаила Фурсова” было вполне обычным. По мере развития бизнеса она приобретала дополнительные офсетные машины Heidelberg, конвертовальные линии Pitney Bowes и Kern, а затем, по мере роста спроса на малые тиражи, партнеры пошли в цифру — сегодня у компании четыре ЦПМ для цветной печати и две — для черно-белой. Плюс парк до- и послепечатного оборудования: CtP-система Heidelberg Suprasetter A75, термоклеевое оборудование Heidelberg Eurobind и PUR-клеевое оборудование C.P.Bourg, три резака Polar, фальцмашина Stahlfolder Ti 52 Proline и другое.

К числу последних приобретений относятся широкоформатные и сувенирные УФ-принтеры, а также новая листовая струйная УФ-машина Konica Minolta AccurioShine 3600 (MGI JETvarnish 3D One) с модулем iFoil One, приобретенная у компании «Джест» для выборочного УФ-лакирования, создания 3D-эффектов и тиснения фольгой.

Случайно выяснилось, что к покупке этой машины “Типография Михаила Фурсова” шла почти 9 лет. Владислав Кузнецов, который вел проект со стороны компании “Джест”, вспомнил, что впервые предложил Михаилу машину MGI для цифровой отделки еще в 2017 году, когда работал в российском представительстве Konica Minolta. Но тогда проект не состоялся...

“В то время мы решили не торопиться с покупкой, так как посчитали, что рынок еще не готов. Клиенты не знали и не понимали цифровую отделку, а оборудование было достаточно сложным и имело некоторые технологические ограничения — диапазон материалов был меньше, требовался праймер и проч. Финансово мы могли позволить себе машину, но не хотели быть теми, кто за свой счет начнет развивать этот рынок, — вспоминает Михаил. — Сейчас же ситуация иная: наши клиенты, в частности рекламные агентства, неплохо осведомлены о возможностях цифрового лакирования и фольгирования. С их стороны уже есть сформированный спрос. Оборудование стало более совершенным, его возможности расширились, а стоимость упала. В таких условиях мы посчитали, что время пришло”.

На рынке Санкт-Петербурга, где работает порядка 500 коммерческих типографий, цифровые машины для облагораживания листовой продукции есть всего у нескольких компаний, в число которых теперь входит и “Типография Михаила Фурсова”. Но зачем рекламной типографии такая машина на рынке, который как минимум не растет?

Во-первых, она позволила расширить спектр услуг и предложить новые возможности существующим клиентам, а также привлечь новых. В контексте производства рекламно-представительской продукции — а это основная специализация «Типографии Михаила Фурсова» — имеющиеся цифровые и офсетные печатные машины позволяют решать практически любые задачи, а вот лакирование и тиснение ранее выполнялись на традиционном оборудовании, что ограничивало возможности в области работы с малыми тиражами. Новая машина Konica Minolta позволит делать выборочное лакирование с 3D-эффектом и горячее тиснение фольгой на тиражах от одного до нескольких сотен листов, не требуя при этом изготовления клише для тиснения или форм для трафарета. Ну и, конечно, позволит выполнять цифровую отделку переменными данными — это вообще уникальная ее возможность, не имеющая ограничений по тиражу.

Теперь, те же рекламные агентства, которые уже знакомы с цифровой отделкой и раньше заказывали ее у конкурентов, могут обратиться с такими задачами и в “Типографию Михаила Фурсова”. Помимо них здесь рассчитывают на другие типографии, которые могут получать подобные запросы от своих клиентов и будут переразмещать работы целиком или заказывать отдельную услугу.

Во-вторых, и это важнее, новая AccurioShine 3600 усилит синергетический эффект от объединения различных технологий печати и отделки, которыми располагает “Типография Михаила Фурсова”: это три офсетные и шесть цифровых печатных машин, линия трафаретной печати, струйные УФ-принтеры, а также традиционное и цифровое оборудование для выполнения самых разных послепечатных и отделочных операций. Рекламных типографий с подобным оснащением в Санкт-Петербурге можно пересчитать по пальцам, и партнеры небезосновательно считают его своим конкурентным преимуществом, так как это дает им возможность самостоятельно, не прибегая к услугам подрядчиков, выполнять сложные работы и делать это максимально оперативно.

“Приобретение цифровой машины Konica Minolta — это не про деньги”, — говорит Александр, но, немного подумав, уточняет, что зарабатывать на цифровой отделке компания, конечно, планирует, но не как на отдельной технологической операции по лакированию или тиснению.

“Для нас покупка AccurioShine 3600 — это дополнительная возможность предоставить заказчику комплексную услугу. Не просто напечатать ему что-то яркое и блестящее, а решить какую-то важную или срочную задачу, с которой он к нам обратился — а такие ситуации случаются регулярно, — объясняет Михаил Дронь. — Это значит, что типография должна предлагать услугу “одного окна”, и что на ее производстве должны быть самые разные технологии и оборудование, позволяющие максимально быстро, качественно и экономически эффективно сделать то, что нужно. Без переразмещений, без рисков, что подрядчик допустит брак или не выдержит сроки”.

В качестве примера Михаил вспоминает такой случай… В прошлом году перед Петербургским экономическим форумом у одной компании возникла неприятная ситуация. Они заказали в Москве офсетные каталоги на нескольких языках, в том числе на арабском. Уже на ПЭФ выяснилось, что арабская версия была сделана неправильно. Каталог сверстали и собрали как для европейских языков, с корешком слева, тогда как для арабского он должен быть справа. В итоге первая страница оказалась на месте последней, и продукцию нельзя было использовать по назначению. Через несколько контактов компания вышла на “Типографию Михаила Фурсова”, которая переделала весь тираж за сутки. Объем был большой — около 60 тыс. кликов, плюс ламинация обложки и склейка.

Нельзя сказать, что момент для покупки Konica Minolta был точно просчитан. Михаил признает, что какие-то расчеты, конечно, проводились, но это была, скорее, попытка понять для себя — выстрелит или нет, — потому что ни он, ни Александр, на подобные прогнозы всерьез не полагаются, так как считают, что оценить заранее успешность проекта по покупке тяжелого оборудования практически невозможно.

В теории ответ на вопрос “в какой момент нужно покупать машину?” звучит так: когда наберется достаточный для ее загрузки объем заказов? На практике все происходит совсем по другому. Когда в типографии растет количество заказов менеджеры по работе с клиентами начинают “тормозить”, так как понимают, что возможности имеющегося оборудования не позволяют удовлетворить всех клиентов. Но если до начала этого роста или в самом его начале поставить новую машину, то менеджеры — понимая, что возможности уже выросли — не тормозят, работают быстрее и в какой-то момент количество заказов начинает расти именно благодаря тому, что в типографии появилась новая машина.

“Кто считает, тот без денег”, — смеется Александр и вспоминает, что лет 10 назад в его компании все именно так и произошло. Когда “Типография Михаила Фурсова” только начинала заниматься цифровой печатью и делала порядка 1500 кликов в месяц, продавцы уговаривали его с Михаилом купить ЦПМ Xerox, которой нужно было 30 тыс. “Мы только что пальцем у виска не крутили, — вспоминает Александр, — где мы, а где тридцать тысяч кликов? Но продавец был настойчив и использовал железобетонный аргумент: “Да вы не парьтесь! Ставьте и все получится”. Машина была дорогая, денег у нас не было, но мы решились на покупку в кредит и.. отбили ее за год. И это при том, что справляться пришлось своими силами, так как наши коллеги по цеху, которые буквально клялись помочь нам загрузить новую ЦПМ, в итоге не дали практически ничего, и нам пришлось справляться самим.

“А вот если бы мы исходили из того, что сначала нужно нарастить объемы, то потеряли бы самый ценный ресурс — время”, — добавляет Михаил.

С цифровой машиной Konica Minolta получилось примерно так же. Партнеры решили, что настал оптимальный момент для инвестиций. Прикинули, что примерный срок окупаемости колеблется в диапазоне от года до двух в зависимости от того, какие работы будут выполнять на машине. И решились!

“Почему купили именно “Конику”? Китайца по деньгам не потянули, — смеется Александр.— Нет, серьезно! Оборудование Konica Minolta все хорошо знают. Это все-таки европейская машина. Поставили — она работает. С китайскими аналогами все несколько сложнее. Они могут выдать нужное качество, но сначала их нужно протестировать, отладить, настроить и т.п. При этом предполагается, что покупать расходку для тестов и оплачивать выезды инженеров — а мы понимаем, что без этого ну никак не обойдется — типография будет за свой счет. И если бы китайский аналог стоил раза в два дешевле, этим можно было бы заняться, но он стоит почти как “Коника”, поэтому напрашивается логичный вопрос: а зачем нам это? К тому же китайских машин такого типа на рынке пока немного, и как они будут себя вести в обозримой перспективе сказать сложно. В общем, пионерами нам быть не очень хотелось”.

Кризисные явления на рынке рекламной полиграфии уже ощущаются. Повышение размера НДС, снижение порога для перехода с упрощенки на НДС и разные другие непопулярные инициативы властей привели к тому, что многие заказчики печатной продукции начали включать режим экономии. В итоге сложилась парадоксальная ситуация: если сравнить количество заказов за первые два месяца 2026 г. с аналогичным периодом прошлого года, то получается рост процентов на 15. Но если учесть реальную инфляцию, а также на возросшие затраты — например, повышение зарплат сотрудникам, причем выше уровня инфляции, — то выясняется, что рентабельность снизилась примерно на 7–8%.

Тем не менее, партнеры не унывают, а недавнюю покупку цифровой машины в этом контексте рассматривают скорее как преимущество.

“Я недавно посмотрел статистику по рынку недвижимости и заметил, что единственным сегментом, который показал рост стало жилье премиум-класса. Аналогичные тенденции мы наблюдаем и в других сегментах. Есть спрос на нечто элитное, соответственно, нужна и соответствующая полиграфия, — объясняет Михаил. — Ну например, один заказчик хочет кому-то подарить дорогой алкоголь, но в каком-то персонализированном варианте и со своим логотипом. Он же не будет в ванной своими руками переклеивать этикетки! Он закажет пару десятков эксклюзивных коробок с богатой отделкой — работа как раз для нашей новой машины. Да, это будет недешево, но для такого клиента приемлемо. Или вот был у нас заказчик, который печатал приглашения для нужных людей на Мальдивы по схеме “все оплачено и включено”. Вы же понимаете, что такие вещи дешевыми не бывают. Да и сколько будет стоимость тиража в общем бюджете проекта — тысячные доли процента”?

Михаил убежден, что на рынке достаточно потенциальных клиентов, которые хотят выделиться за счет печатной продукции, но в половине случае просто не знают как это сделать. С обычной типографией, которая максимум что может — это положить на запечатанный лист сплошной плоский лак, разговор не сложится. Клиента этим не увлечь. А вот если типография сможет предложить несколько интересных вариантов, да еще и показать реальные образцы — шансов завязать разговор, который затем дойдет до заказа гораздо больше. И в этом смысле наличие у “Типографии Михаила Фурсова” цифровой машины Konica Minolta, которая позволяет быстро и эффективно изготовить подобные образцы компании очень поможет.

“В общем, не спрос рождает предложение. Это предложение рождает и подпитывает спрос”, — добавляет он. — И в ближайшее время наши возможности в этом смысле будут только расти, ведь машину запустили совсем недавно, и наши специалисты, которые, кстати, работают не просто как менеджеры по обслуживанию клиентов, а менеджеры-технологи, сейчас только начинают разбираются в том, насколько велик ее потенциал”.

В контексте работы в кризис стоит отметить еще один момент. Изначально бизнес Михаила и Александра фокусировался на поиск и привлечение крупных клиентов, но примерно с 2015 г. партнеры стали постепенно отходить от такого формата работы в сторону расширения клиентской базы большим количеством небольших компаний, которые по отдельности обеспечивают лишь незначительную долю в общем объеме производства. Позже во время разных кризисных периодов это решение не раз себя оправдало. Партнеры полагают, что поможет оно и в этот раз.

Конечно, компенсировать возросшие затраты могло бы помочь увеличение цен на печатную продукцию. В “Типографии Михаила Фурсова” их поднимали, но не пропорционально росту затрат. Клиенты на такие вещи реагируют моментально и тут же начинают сетовать, что конкуренты продолжают печатать по старым ценам и намекают на переход к нему. Конечно, конкурент рано или поздно тоже поднимет цены, но в моменте это предлог для начала переговоров.

“Мы всегда стремимся к диалогу. И это стремление, в сочетании с обширным парком оборудования, делают нас максимально гибкими в плане выбора оптимальной технологии, ценообразования, сроков выполнения заказов и т.п., — говорит Михаил. — Мы почти всегда можем найти возможность пойти навстречу клиенту, и при этом не печатать в ноль или в минус, — говорит Михаил. — Лучшим доказательством этого является тот факт, что большинство клиентов, которые когда-то начали с нами работать — остаются. И вот эта история долгого сотрудничества — она не всегда про деньги. Дать скидку просто. Сложнее всегда быть рядом с клиентом, слушать и слышать его, понимать какие задачи перед ним стоят и каким образом их можно решить максимально быстро и эффективно. Мы стараемся, чтобы у нас это получалось”.