“Мы продаем время"! В гостях у Красногорской типографии

— Павел, если очень коротко — какие виды продукции и для кого выпускает Красногорская типография?

— Мы можем сделать любую черно-белую и цветную многостраничную продукцию, скрепленную скобой, клеем или нитью. Это классическая книга в мягкой обложке и твердом переплете, рекламные брошюры и каталоги и т.п. Примерно 40% в общем объеме приходится на то, что мы внутри называем учебной литературой — это различные пособия от юристов, психологов и т.п., какие-то дошкольные развивающие издания, раскраски, школьные прописи и т.п. Еще около 10% — это классические учебники. Основные наши клиенты — издатели и производители конечной продукции.

Оснащение Красногорской типографии позволяет нам работать с самыми разными заказами. Суммарно на двух площадках в Красногорске и Волоколамске у нас стоит семь офсетных ролей всех книжных форматов и рубок, три листовые офсетные машины, две рулонные ЦПМ и т.д. Благодаря этому мы, с одной стороны, можем быстро изготовить и отгрузить фуру школьных прописей, которые печатаются в две краски, а можем напечатать каталог “Белое на белом”, в котором представлены все оттенки белой плитки и керамогранита в белых интерьерах — вы понимаете, что это очень сложная работа. А можем подготовить и выпустить несколько десятков или сотен экземпляров эксклюзивной книги на дорогой бумаге с разными видами тиснения на обложке.

Сейчас мы думаем о том, чтобы разделить эти направления. Вероятно, в Красногорске будем делать продукцию с более высокой добавленной стоимостью, которая требует определенной доли ручного труда и присутствия заказчиков, а в Волоколамске сосредоточимся на производстве тиражного массового продукта.

— Какое место занимает Красногорская типография среди производителей книг в РФ?

— Если ориентироваться на данные Российской книжной палаты и Российской государственной библиотеки, то по общему количеству тиражей в последние годы мы находимся в районе 15 строчки рейтинга. По листооттискам — замыкаем первую десятку. Это около 2% от всего объема книжного рынка в РФ.

Я считаю, что это неплохой результат, если учесть тот факт, что в 2011 г. я пришел в Красногорскую типографию для того, чтобы закрыть убыточное предприятие.

— Как так вышло?

— В связи с судебными тяжбами мы не могли быстро продать или сдать помещение в аренду. Пришлось вникнуть в специфику...

— С какими показателями вы закончили 2025 год? Бизнес растет?

— 2025 год немного разочаровал третьим кварталом, но в целом в последние три года выпуск продукции растет более чем на 30%, а рост прибыли меня как директора вполне устраивает.

— Растете вслед за рынком или забираете работу у других?

— К сожалению, в последние годы рынок производства книжной продукции в РФ практически не растет. Есть небольшие колебания туда-обратно, но в пределах считанных процентов. Так что правильнее сказать, что мы забираем себе все бОльшую часть существующего пирога. Хотя, учитывая тот факт, что мы печатаем лишь 2% от всего рынка, не думаю, что кто-то останется голодным.

— За счет чего Красногорской типографии удается наращивать объемы?

— В большей степени за счёт закрытия или перепрофилирования других типографий. Мы же в свою очередь стараемся предложить клиентам более широкий спектр услуг за счет расширения наших производственных и технологических возможностей.

— Какие изменения происходят на рынке с точки зрения тиражности книги и как на это реагируют типографии?

— Растут тиражи от 500 до 5000 экз. Как ни странно, хорошо себя чувствуют тиражи от 10 до 50 тыс. А вот сегмент 5–10 тыс. — вымывается. Он идет либо вверх, либо вниз, потому что типографии ставят цифровые машины, и у издательств появляется возможность экономично печатать более мелкие тиражи и не держать запасы на складах.

Вообще, мне кажется, что среди печатников начинает происходить некое расслоение — с одной стороны останутся небольшие нишевые эксклюзивные игроки, с другой — крупные. Средние уйдут или вниз, или вверх. Или закроются.

Единственное, что мы можем продавать людям здесь — это время!

— Но Красногорская типография, очевидно, стремится в верхний сегмент?

— Мы четко видим тенденцию к укрупнению книжных типографий и всеми силами стараемся ее не упустить. Помимо того, что крупная типография может оптимизировать издержки за счет эффекта масштаба, есть и другие важные преимущества. Во-первых, крупная типография в меньшей степени зависит от продукта — просела одна категория, можно сосредоточиться на другой. Во-вторых, большая компания может позволить себе все делать быстро. Для Красногорской типографии это особенно важно, так как мы находимся в Москве и нам сложно спорить по цене с конкурентами, которые находятся в регионах. Аренда, зарплаты и другие расходы у них всегда будут ниже чем у нас. И в такой ситуации единственное, что мы можем продавать людям здесь — это время.

Мы постоянно покупаем то или иное оборудование, так как нам нужно постоянно догонять рынок и наших заказчиков.

Приведу наглядный пример. После покупки одной типографии, нам достался высекальный пресс и оборудование для изготовления кашированных коробок. В дополнение к нему мы купили машину для разделения заготовок, потому что она что?.. Правильно — позволяет экономить время. И вот уже третий год подряд мы выигрываем тендеры на упаковку, но не по цене — мы точно знаем, что упаковочные типографии предлагают сделать дешевле, — а благодаря тому, что мы можем сделать почти вдвое быстрее. Ведь послепечатное оборудование для упаковки у нас не загружено на 2–3 недели вперед.

— Планируете развивать упаковочное направление? 

— Нет. Мы  занимаемся упаковкой в рамках работы с книжными заказчиками, когда им в дополнение к основному продукту нужны коробки, футляры, обечайки, папки или что-то подобное.

— А заказчикам реально необходимо, чтобы их тиражи делались настолько быстрее?

— Мир живет все быстрее, нравится нам это или нет. Мы бы с удовольствием чуть притормозили, чтобы работать в более комфортном ритме, но у нас нет такой возможности — мы должны следовать за пожеланиями наших заказчиков, чтобы бизнес развивался. Я могу привести очень много примеров, когда приносят макет в пятницу и просят отдать его в ближайший понедельник. При этом макеты у многих, как бы помягче сказать... не идеальны — нам приходится тратить время еще и на это. Конечно, мы  стараемся автоматизировать этот процесс, однако к настоящему времени не очень преуспели.

Два года назад все знали, что на книгу в 7БЦ нужно не менее шести недель... Сегодня, если заказчику очень нужно, можем сделать и за неделю. А ему нужно!

— Какие сейчас сроки изготовления классической книги?

— Два года назад все знали, что на книгу в 7БЦ нужно не менее шести недель. Даже крупные комбинаты быстрее не делали. Мы же в то время начали предлагать выполнение такой работы за четыре недели. Сегодня, если заказчику очень нужно, можем сделать и за неделю. А ему нужно! Никуда не делись компании, которые 25 августа сдают тираж и объясняют, что 1 сентября он уже должен лежать в школьных подарках.

Вот поэтому мы расширяем парк оборудования и внедряем технологии, которые позволяют нам экономить время. Например, относительно недавно мы запустили печать UV LED-красками. Теперь нам не нужно сутки сушить “масляные” оттиски, и мы можем сразу передавать их на послепечатную обработку — экономия времени очень заметная. Помимо этого, данная технология дала нам возможность печатать высокохудожественные каталоги для музеев и книги на немелованных материалах,

— Покупка Красногорской типографией Богородского комбината в 2025 году была сделана в рамках вот этой тенденции к укрупнению, о которой вы говорите?

— Корректнее сказать, что Красногорская типография купила книжную часть Богородского комбината. Помимо этого мы практически полностью приобрели ЗАО "Книга" (Ростов-на-Дону), типографии «Р Мастер» (Москва), и «Новое время» (Орел), остатки одной типографии во Всеволожске и т.д. Потому что кроме укрупнения также важно дублирование оборудования. Если хочешь, чтобы машина работала, имей у себя на площадке их две. А лучше три. И опять-таки — это не мое желание, а необходимость удовлетворить запросы клиентов, которые хотят знать, что мы сможем без сбоев пройти период пиковых нагрузок и понимать как конкретно мы это сделаем.

— Но зачем для этого покупать типографии? Не дешевле было бы купить нужное оборудование?

— В первую очередь, мы смотрели на людей, и лишь потом на клиентскую базу и оборудование. После каждой покупки наша команда пополнялась сильными специалистами, и я считаю, что это наиболее ценное “приобретение” для нас. Потому что машину всегда можно купить за деньги, а вот специалиста — нет.

На мой взгляд все решения о покупке других типографий были экономически обоснованы. Не всегда они были комфортные, но всегда обоснованные!

— Почему вы не захотели оставить площадку в том же Ростове-на-Дону или в Орле? Это позволило бы Красногорской типографии оптимизировать расходы и выпускать там более дешевую книгу?

— Смысл в централизации всего предложения и закупки в одном месте.

— В общем, Красногорская типография конкурирует временем? А качество печати или какие-то технологические возможности больше не позволяют отстроиться от конкурентов?

— Конечно, гонка за технологиями есть, и время от времени кто-то немного вырывается вперед. Например, если говорить о книгах, то в настоящий момент мы являемся единственной в РФ типографией, которая может выпускать книги на газетной и типографской бумаге с использованием технологии цифровой печати в промышленном масштабе. Хотя вот "Алиса" (ИИ Яндекса — Прим. ред.) убеждена, что это невозможно — я даже скрин этот себе сохранил на память.

Однако, мы понимаем, что это ненадолго. Пройдёт совсем немного времени — полагаю 6–8 месяцев — и наши конкуренты смогут это повторить. 

Относительно недавно владелец одного из крупнейших российских издательств в интервью отметил, что на российском рынке наблюдается нехватка полиграфических мощностей. Вы согласны с таким утверждением?

— Прочитав это в первый раз, я удивился. Однако, видя какую работу по консолидации и модернизацией мощностей проводит "Книжный царь" (Коммерсант), понял, что это в первую очередь — про современное качественное оборудование.

— Сколько потратила Красногорская типография на модернизацию производства за последние годы?

— Не готов озвучить цифру… причем не только вам, но и самому себе (смеется). В среднем мы что-то ставим раз в квартал — или меняем старую машину на более новую, или расширяем парк. В последние три года мы фактически удвоили свои мощности по рулонной офсетной печати, но самое важное — покупка и запуск прошлым летом и этой весной двух рулонных струйных печатных машин китайского производства, которые также обеспечили нам определенные конкурентные преимущества.

Помимо оборудования мы активно вкладываем в развитие нашей площадки в Волоколамске — там 15 тыс. м2, которые мы возвели буквально из травы, отремонтировали и т.п. Большие площади наконец-то позволили нам создать нормальный склад материалов, который мы используем в том числе для хранения продукции заказчиков.

Я считаю, что в обозримом будущем в структуре доходов полиграфического предприятия стоимость собственно печати будет составлять не больше 30%

— Это некие вспомогательные услуги для клиентов или нечто большее?

— Я считаю, что в обозримом будущем в структуре доходов полиграфического предприятия стоимость собственно печати будет составлять не больше 30%. А остальной заработок начнет поступать от маркировки, логистики, хранения на складе, доставки и т.п.

Собственно, вся наша работа выстроена с учетом этого прогноза. Красногорская типография стремится быть для своих заказчиков местом, где могут не только напечатать книгу, но и упаковать ее нужным образом, хранить столько сколько нужно, где обеспечат доставку в нужное место и время и т.п.

— С учетом такого роста производственных возможностей, как менялся и будет меняться штат Красногорской типографии? Особенно в контексте того, что некоторые компании в этом году начали задумываться о сокращениях...

— Не думаю, что кто-то рискнет сегодня сокращать специалистов, но если вдруг — ждем у себя.

— Как вы пришли к необходимости покупки рулонных струйных печатных машин?

— Нам нужно было решение для максимально экономичной печати средних тиражей на самой дешевой бумаге — газетной. И когда японская компания Kyocera в 2024 г. объявила о выходе новых печатающих головок K4JB-EX1200, обладающих важной для нас заявленной износостойкостью и физическим разрешением 1200x1200 dpi, я понял, что время пришло.

Проблема была в том, что я хотел машину для печати на рулоне шириной 900 мм, а такой на тот момент ни у кого из больших китайских производителей не нашлось. Мы опросили российских поставщиков, а потом поехали в Китай. Я не знаю ни одного китайского производителя рулонных ЦПМ, которого мы бы не посетили. Но мало того, что у них не было нужной нам машины, так они еще на полном серьезе утверждали, что машина такой ширины нам не нужна. В итоге договорились, что если получат аналогичный заказ, от китайской типографии — сделают и для нас. В итоге так и получилось. Компания Atexco (InkJt) получила заказ на машину шириной 880 мм от локального клиента, сообщила нам об этом, и мы разместили заказ от себя тоже. Наша машина была в числе первых двух ЦПМ шириной 880 мм, выпущенных производителем. Ее представляли на выставке All in Print China 2025 и даже с рекламой на "фасаде".

Прошел какой-то год и подобное оборудование появилось практически у всех крупных производителей рулонных ЦПМ в Китае.

Китайцы на полном серьезе утверждали, что машина такой ширины нам не нужна! Прошел какой-то год и подобное оборудование появилось практически у всех крупных производителей рулонных ЦПМ в Китае

— Почему решили не работать через российского дистрибьютора?

— "Терра Принт" на тот момент еще не стала дистрибьютором Atexco в РФ, поэтому весь процесс по заказу, оплате и логистике мы делали сами. Это было не про экономию — у нас просто не было другого выбора.

Сейчас мы, конечно, сотрудничаем с «Терра Принт» (эксклюзивный дистрибьютор ЦПМ Atexco в России и Беларуси — Прим. ред.) — они помогают нам с поставками запчастей и расходных материалов, иногда и мы бываем им полезными.

— Как проходило внедрение цифры на производстве?

— Еще проходит… Мы сразу поняли, что были абсолютно не готовы к этому оборудованию. Дело не в машине как таковой, а в том — что многие привычные нам вещи под цифровую печать нужно делать по- другому.

Мы ошибались буквально во всем — в раскладках, в спусках, в скорости и т.д. Спасибо китайским партнерам, которые проявили себя с наилучшей стороны. Они помогали нам советами, нормально реагировали на какие-то наши замечания и оперативно устраняли замеченные недостатки. Более того, они позволили вносить изменения в конструкцию машины без потери гарантии, чтобы достичь тех показателей по качеству и скорости, которые нам требовались.

В целом, получилось так, что машину мы купили в декабре 2024 г. приехала она к нам в августе 2025. а первые тиражи с нее пошли ближе к концу года.

— Что именно вы меняли в машине?

— Вряд ли имеет смысл описывать детально все доработки. В целом, они делались для того, чтобы обеспечить возможность высокоскоростной и качественной печати на тонких бумагах. Такие материалы требуют немного другого подхода к листопроводящей системе машины, и процесс печати на бумаге плотностью 42 г/м² со скоростью 200 м/мин. — он немного сложнее, чем кажется. Любой рывок приводит к обрыву полотна, остановке машины и т.д.

Чтобы не было недопонимания: обе ЦПМ, которые мы купили, изначально сделаны хорошо! Но поскольку потребности Красногорской типографии несколько выходят за рамки стандартных, мы сделали эти доработки.

— Не страшно было покупать одну из первых в мире ЦПМ, самостоятельно ее везти в РФ, запускать, обслуживать?..

— Страшно, конечно. Это была в чистом виде авантюра, но она удалась. Что касается обслуживания, то у нас в штате работает высококлассный специалист по струйной печати, который закрывает большинство вопросов. Ну и «Терра Принт», как я уже говорил, в нужные моменты поддерживает нас и в чем-то помогает.

— Если все так здОрово, то почему вторую ЦПМ вы купили у другого производителя?

— Сразу после запуска первой машины мы стали думать про вторую, но в конфигурации 2+2. Изначально хотели купить ее у Atexco, чтобы не было “зоопарка” на производстве, но в тот момент нас сильно поджимали сроки, а Atexco в них не вписывалась.

Пришлось снова вернуться в Поднебесную, и в итоге мы остановились на Beijing Zhiyiharmony Technology — это относительно небольшая компания которую мы не нашли ранее, но познакомились на той же выставке All in Print. Она делала буквально два продукта: решение для печати на обрезах и рулонную ЦПМ P9, стабильно печатающую на бумагах плотностью от 28 г/м² на скорости до 200 м/мин., которую мы у них в итоге и купили.

Отмечу любопытный момент. Когда мы покупали первую машину, то знали, что Atexco — это крупная компания с деньгами, что у нее есть ресурсы для того, чтобы модернизировать и совершенствовать машину, которую мы заказали. С Zhiyiharmony Technology ситуация была диаметрально противоположной — это относительно маленькая команда инженеров-энтузиастов, которые на тот момент делали всего два продукта, но стремились довести их до совершенства. Меня это подкупило.

— Что вы сегодня печатаете на цифровых машинах и какими тиражами?

— Все, что печатается в одну или две краски тиражами примерно до 3000 экз. Можно и больше, если у клиента горят сроки и он готов платить. Это и некоторые виды периодики, и учебная литература (в нашем понимании этого термина), от скобы до твердого переплета.

— Как вы думаете, доля цифры в книжном производстве будет расти?

— Несмотря на то, что сегодня экономика цифровой печати проигрывает офсету, я уверен, что будет. Причем, по двум причинам. Первая нам хорошо известна — это экономика и оперативность. Вторая — кадры. “Старики”, умеющие работать на рулонном офсете, уходят, но молодежь не спешит занимать их место. И даже если вы найдете такого энтузиаста — сколько вы будете его учить? Подготовить оператора на цифру можно за пару недель. А на рулонный офсет?

Да и не хотят молодые люди работать на офсете — это сложно, громко, непонятно, грязно и т.п. Гораздо больше шансов увидеть их на производстве, если им там придется нажимать большие кнопки на сенсорном экране.

Мы покупаем цифру не для того, чтобы умчаться вперед — мы просто догоняем то, что уже происходит. Причем, происходит везде. Я в Китае прихожу в типографию и у меня впечатление, что зашел в Москве к соседу. Средний тираж такой же. Кадровые проблемы те же. Бизнес-модель — и та похожа.

— И при таком подходе в апреле 2026 г. вы купили у Можайского комбината рулонный офсет ПОГ, а не третью “цифру”. Почему?

— Потому что у меня денег на новую цифру нет. А на б/у офсет — есть.

Да и вообще, если бы не текущая ключевая ставка, мы за последние два года обновились бы совершенно по-другому. Не нужно было бы бегать по всей России, скупая нужное железо. Если все наши покупки б/у машин отметить на карте РФ, то получился отрезок от Калининграда до Красноярска.

Конечно, мы с гораздо большим удовольствием работали бы на новом, а не тратили силы и деньги на восстановление старого. Однако, приходится работать с тем, что есть.

— Какой “ключ” был бы для вас комфортным?

— От 12% можно думать о чем-то новом.

— У Красногорской типографии ОЧЕНЬ большой парк оборудования — где вы ищете клиентов для его загрузки? Сколько тратите на продвижение, если не секрет?

— Во-первых, конечно секрет. Во-вторых, кроме продвижения нужно учитывать работу менеджеров типографии, которую бывает сложно оценить в моменте.

Что касается оборудования, хочу заметить, что парк нацелен на резервирование и максимальный ассортимент продукции наших заказчиков. Не все должно работать, но потребности наших текущих клиентов должны быть закрыты максимально и по тиражам, и по форматам.

Программный модуль по автоматизированному расчету разных заказов с помощью ИИ написали за 7 часов. Пару лет назад на это ушло бы от месяца до полугода

— С ИИ работаете?

— Конечно. Но это такая тема, что можно посвятить ей отдельное интервью. Если коротко, то за последние полгода мы бессистемно потратили некоторое количество денег на людей, которые помогали нам решить некоторые задачи с помощью ИИ. Где-то результаты нас разочаровали, где-то — потрясли.

Например, с помощью ИИ мы пытались решить задачу диспетчеризации заказов. Первая попытка провалилась, но мы планируем к этому вернуться. Программный модуль по автоматизированному расчету разных заказов с помощью ИИ написали за 7 часов. Пару лет назад на это ушло бы от месяца до полугода.

— Какой у вас горизонт планирования сегодня?

Если говорить о покупке оборудования, то я хорошо представляю, что нам нужно лет на пять вперед. Если же речь о рынке, то дальше чем на полгода-год мы не заглядываем.

Честно говоря, мы больше стараемся прогнозировать свое время, нежели рынок. Количество задач и количество возможных их решений огромно, и они все лежат на поверхности. Вопрос в том, кто из типографии успеет это сделать, а кто нет. Рынок сам по себе понятный.

— С 1 сентября 2026 г. все учебники должны маркироваться кодами системы “Честный знак” — вы уже определили как будете это делать?

— Красногорская типография начала участвовать в рабочей группе по этому вопросу, но признаюсь — пока мы ничего не сделали в этом направлении, кроме ряда тестов. Скорее всего плотно займемся вопросом когда, закончится текущий сезон. Попробуем посмотреть, как это будут делать наши старшие товарищи.

Напечатать код просто. Сложнее будет не запутаться, когда мы будем заниматься агрегацией — маркировать отдельно упакованный экземпляр, затем пачку, в которую он попадет, затем коробку, в которой будут пачки и т.д.

— Как вы думаете, требование маркировать книги распространят за рамки школьных учебников?

— Практика других товарных групп показывает, что эта замечательная инициатива всегда движется только в сторону расширения, так что, скорее всего, да. Думаю, что следующее требование по маркировке распространят на детские книги, а потом, возможно, и на все остальные.

— Как отразится на цене книги ее маркировка кодом “Честного знака”?

— Сейчас сложно сказать насколько, но то что книга подорожает — вне всяких сомнений.

— Красногорская типография поднимала цены на свои услуги в последнее время? Когда, сколько раз, на сколько?

— В 2025 г. мы делали это дважды, но незначительно — суммарно получилось в пределах 7%. Планируем в ближайшее время примерно так же. При этом мы стараемся не переносить рост расходов на заказчиков, а оптимизировать процесс.

— В недалеком прошлом всевозможные эксперты прогнозировали, что печатная книга умирает, что все уходит в цифру и т.п. Но вот лично я сегодня не готов с этим безоговорочно согласиться, так как регулярно встречаю в транспорте и других местах людей, которые читают именно печатную книгу. Причем чаще всего это молодые люди. У меня какая-то нерепрезентативная выборка или тренд поменялся?

— Лет 7 назад к нам приезжал из Германии сервисный инженер КВА, которому я объяснял, что мы заменяем одни машины на другие, потому что уходим от печати газет в сторону производства книжной продукции. И он тогда сказал одну вещь, которая меня зацепила: «Правильно делаете, потому что книги читали и будут читать!» Я спросил, откуда такая уверенность, и он ответил, что книги читают в основном белые воротнички. Они с утра до вечера сидят за мониторами и не хотят вечером снова смотреть в экран. Печатная книга для них — это способ отвлечься от цифрового мира.

В 2016 году на книжной выставке во Франции я видел огромное количество молодежи. И это был очень сильный контраст с нашей ММКВЯ, где основную часть аудитория составляли пенсионеры. Но сегодня ситуация поменялась. Молодежи среди посетителей и покупателей становится все больше, и мы это отчетливо видели, например, на недавней книжной выставке. Плюс к этому, в одном из издательских сообществ недавно обсуждали, что на маркетплейсах, которые обеспечивают львиную долю продаж печатной книги, основные заказчики — это пользователи до 35 лет.

Утверждение, что молодежь не читает бумажную книгу мне кажется ложным. Читали и продолжают читать!

Утверждение, что молодежь не читает бумажную книгу мне кажется ложным. Читали и продолжают читать. Как в России, так и во всем мире. И мне как руководителю книжной типографии всегда очень приятно, когда нам приносят какие-то работы, связанные с подготовкой и выпуском детской и молодежной литературы.

— А заманить молодежь на производство реально?

— Вполне. Я регулярно посещаю другие книжные типографии и замечаю, что за последние года три молодежи у них стало заметно больше. Безусловно, там везде возле машин стоят “деды”, но вокруг них всегда есть молодые люди, которые учатся и в будущем их заменят. В этом смысле мне кажется, что картина в отрасли стала намного более оптимистичной, чем была лет 7 назад.

— Вы свою продукцию продаете через маркетплейсы?

— Мы пробовали. Я уже говорил, что нам очень нравится делать товары для детей и молодежи и у нас в ассортименте есть собственная продукция, которую мы пробовали реализовывать на таких платформах. Сначала все шло просто прекрасно. Товары “улетали”, и мы радостно потирали руки до тех пор, пока в 2025 г. — после покупки "Яндексом" компании Boxberry — не получили акт о стоимости доставки. С тех пор всё остановили, хотя я не исключаю, что когда-нибудь мы научимся работать с этим каналом.

Маркетплейсами нужно заниматься отдельно и целенаправленно, а у нас пока не хватает ресурсов для этого.

— В последнее время издатели переживают, скажем так, непростые времена, Появилось много новых запретов, которые напрямую касаются их деятельности. Причем, нарушение некоторых из них уже приводит к уголовным делам, задержаниям и т.п. Как по вашему, какое влияние это окажет на книгоиздание и на работу книжных типографий, в частности, вашей?

— Сейчас рынок лихорадит, потому что не все понимают как работать в условиях новых требований и запретов, но это не первая и не единственная подобная ситуация за последние годы. Я думаю, что пройдет какое-то время и все адаптируют свою работу в соответствии с новыми “регламентами”. Не исключено, что кто-то из маленьких и слабых это не переживет, но остальные подстроятся, хотя и, возможно, ценой некоторых потерь.

Ну и кроме того — издатели же не в вакууме живут. Раз у них на рынке возникла некая новая потребность, значит вокруг этого рынка стали появляться компании, которые разрабатывают решения, позволяющие ее удовлетворить. Например, на выставке Non/Fiction были экспоненты, которые показывали как можно быстро и надежно проверять книги на наличие запрещенки и т.п.

Сейчас есть некий хаос, но рано или поздно он упорядочится, и рынок заработает в более спокойном режиме.

— Предположу, что наиболее заметным изменением станет повышение цен на книгу для конечного клиента?

— Конечно. Я не буду называть издательство, но за первые месяцы 2026 г. оно потратило порядка 7 млн руб. на то, что промаркировать свои же книги, которые лежали у них на складе. О чем эта маркировка вы наверняка понимаете. Около миллиона из этой суммы досталось нам: заказчик сам напечатал и привез этикетки, а мы вскрывали упаковку наклеивали и паковали обратно. Конечно, при таких затратах книга подорожает. И в будущем, когда речь уже будет идти о рутинной маркировке, а не срочной перемаркировке, это все равно будет сопряжено с дополнительными затратами, которые, конечно, зашьют в стоимость готовой книги.

— А ресурсов у издателей хватит на вот эту адаптацию к новым условиям?

— Это нужно спросить у них. Чужая работа всегда кажется проще, но, видя стоимость нашей работы и стоимость книг для потребителя, полагаю, что хватит.

— Вы считаете печать книг в РФ привлекательным бизнесом?

— Я считаю, что появление новых технологий дало сильный толчок издательскому бизнесу — они помогают ему не просто развиваться, но и расцветать, если можно так выразиться. Соответственно, это влияет и на работу типографий. Мы оказались на пороге той самой цифровой трансформации, о которой все говорят уже некоторое время. Поэтому быть на этом рынке сейчас, в это время — мне кажется, это очень интересно.

— Какой вы видите Красногорскую типографию в перспективе 5–7 лет? Какую цель вы ставите перед собой, как руководителем предприятия?

— Не хотелось бы смешить сами знаете кого — слишком много внутренних и внешних факторов для такой отдаленной перспективы.

Цели формулировать конечно проще чем достигать. 

Для заказчиков — быть более удобным и комплексным решением.

Для коллектива — быть надежным и иметь возможность на достойном уровне оплачивать такой важный труд.

Для себя — насколько возможно приблизится к большой тройке и уже не догонять, а опережать рынок, предлагая новые решения.