Жизнь под давлением - Printdaily

Жизнь под давлением

Александр Амангельдыев    •   Про бизнес   •   2022.05.16
Жизнь под давлением
Жизнь под давлением

Эта статья была написана в апреле 2022 года!

Пожалуй, никогда еще за все время существования журнала не было так сложно готовить материал для текущего номера. Страна входит в зону полной неопределенности. Причем ситуация меняется настолько стремительно, что многие материалы в этом номере если и не утратили актуальности полностью, то потребовали пояснений, в какой момент они были подготовлены, поскольку предположить, что изменится к тому времени, когда журнал получат читатели, не может никто.

Делать сейчас какие-либо прогнозы — дело неблагодарное… Тем не менее попытаемся порассуждать на тему, выживет ли полиграфический бизнес в России и, если выживет, то какие формы может принять? В целом ситуация в России не имеет прецедентов. Никогда в истории такое количество санкций не применяли ни к одной стране. И тем более никогда ранее под санкции не попадала полиграфия как отрасль промышленности. Чем она помешала Европе и как давление на полиграфическую отрасль может повлиять на ситуацию в Украине, невозможно даже предположить. Но факт остается фактом. Приходится выживать в той ситуации, в которой мы находимся. Общаясь в силу профессиональной деятельности с разными типографиями, можно сделать обобщение, которое будет справедливо для конца апреля (но не факт, что будет соответствовать действительности уже в мае).

Первое, что не может не радовать, это тот факт, что практически все типографии продолжают работу в том или ином объеме. Информации о том, что кто-то ушел с рынка, пока не поступало. Возможно, прошло не так много времени с момента начала нового санкционного давления и основные проблемы еще впереди. Возможен и тот факт, что с рынка еще несколько лет назад ушли все слабые игроки, и те, кто остались, готовы биться до последнего. Вероятно также и то, что полиграфия в России за последние пару лет оптимизировалась и приспособилась работать в жестких условиях. Например, целый ряд типографий смогли трансформировать и дифференцировать бизнес с не очень надежных коммерческих заказов на более стабильные упаковочные или научились успешно работать в обоих направлениях бизнеса.

Что печатать?

Однако говорить о том, что в отрасли все в порядке мы бы не стали. Потери в полиграфической отрасли, без сомнения, будут. Уже сейчас понятно, что большая группа заказов с рынка ушла или вот-вот уйдет. В первую очередь, отметим глянцевую периодику. В подавляющем большинстве случаев это были зарубежные издания, выпускаемые в России на основании тех или иных соглашений. Существенная доля этих журналов решила наш рынок покинуть (или уже это сделала). Так что типографии, которые специализировались на выпуске этой продукции, почувствуют заметный провал в объемах заказов.

Аналогичным образом исчезнет рекламная продукция тех торговых марок, которые из России ушли или приостановили деятельность. Таких тоже довольно много. Заказывать красочную престижную рекламную продукцию свойственно как раз известным мировым брендам. А они уходят. Другие же бренды, которые займут их место, скорее всего столь активно рекламой заниматься не будут.

Возникнут проблемы и в книжном производстве. Многие издательства сократят выпуск книг по целому ряду причин. Снижение покупательской способности населения не даст возможности сбыть прежний объем книг, который и до описываемых событий не сильно удавалось продвигать. Будут и проблемы с переводным контентом, который создавал ряду издательств существенный объем выпуска. Скорее всего правительство в этом году сократит заказы на учебники, как это было в пандемийном 2020 г.

Даже упаковочный сегмент потеряет часть заказов. Многие виды упаковки производились для компаний, которые с нашего рынка уходят. Чем будет заменен этот объем товаров, пока не понятно. Если российское производство будет, например, заменено импортом готовой продукции из других стран, то упаковочная отрасль России потеряет эту часть заказов. Если развернется новое локальное производство, то не факт, что ему потребуется столько же упаковки, сколько и прежней иностранной компании. Более того, если внимательно присмотреться к товарам в гипермаркетах, то все чаще можно заметить, что появилось больше продукции, которая поставляется без упаковки или россыпью в транспортной таре.

Если резюмировать, то полиграфический рынок потеряет вполне заметный объем заказов. Насколько велика будет эта потеря, сейчас предсказать невозможно. По общим ощущениям, падение не завершилось, и до дна мы еще не упали. В оптимистичном сценарии мы бы оценили падение российского полиграфического рынка в 20–25%, в пессимистичном — до 35%. Если мерить в деньгах, до потери составят около 2 млрд долл. В связи с непредсказуемостью курса перевести это в рубли пока невозможно.

Чем печатать?

Российская полиграфия почти на 100% импортозависима. И это, без сомнения, большая проблема нашей страны. Введение санкций, по сути, привело к остановке поставок практически всех полиграфических материалов. Чем в этой связи печатать в ближайшее время, до конца не понятно. Есть небольшая надежда на то, что недостающие материалы удастся завозить из дружественных стран, например из Китая или Индии, но это не так просто и быстро организовать, учитывая что и транспортные услуги тоже под санкциями. В России есть небольшие локальные производства флексографских красок, лаков, некоторой химии, но покрыть все потребности страны эти производства вряд ли смогут. Крупные иностранные игроки (Flint Group, Sun Chemical и др.) имеют собственные заводы, но надежды на них немного. Будут ли они отгружать материалы российским типографиям — большой вопрос. Вероятнее всего, они будут соблюдать санкции…

Офсетные пластины в России пока есть. С учетом того, что большинство из них поставляется из Китая, дефицита не будет, разве что могут возникнуть сложности с беспроцессными пластинами. Пожалуй, ситуация с поставками офсетных пластин наиболее оптимистичная, в отличие от фотополимеров для флексографии. Они в основном поставлялись из стран, которые ввели санкции против России. А значит, поставок нет. Существует небольшой объем из Китая, у которого сейчас возникает возможность существенно увеличить поставки, но сможет ли — вопрос.

Еще сложнее цифровым типографиям. Многие годы они были «привязаны» к своим поставщикам клик-контрактами. А теперь все ведущие поставщики цифровой печатной техники не имеют возможности поставлять оборудование и, самое главное, расходные материалы. Пока выручают складские запасы самих поставщиков и их дилерской сети. Но это пока…

Надо заметить, что в советское время в России были и свои краски, и свои пластины, и даже свой фотополимер. Но за время капитализма все эти производства закрыли. Сейчас самое время об этом задуматься вновь. Государство время от времени уделяет внимание полиграфии как отрасли и включает отдельные ее части в «системообразующие предприятия», но этого явно недостаточно. Странно, что в России, которая является мировым лидером по экспорту алюминия с мировой долей более 17% нет своего производства офсетных алюминиевых пластин. С одной стороны, если взять за основу общий объем потребления офсетных пластин в России, который составляет около 35 млн евро, то в масштабах страны заводить такое производство невыгодно. Слишком маленький объем. Линия по изготовлению качественных офсетных пластин при таком потреблении не окупится никогда. Но существует такое понятие как безопасность государства. Прекратятся поставки пластин, и не будет возможности печатать даже ту продукцию, которая жизненно необходима (те же учебники, в конце концов).

Аналогичная ситуация с краской. Хорошая офсетная краска — продукт довольно сложный, и в отличие от флексографской краски производить ее на небольших заводах непросто. Впрочем, завод для производства офсетных красок не столь дорог и сложен как завод по производству пластин. В этой связи государство вполне могло бы помочь кому-то из российских компаний, которые активно занимаются производством расходных материалов для полиграфии («ОктоПринт Сервис», «Танзор»), в строительстве завода по производству качественной офсетной краски. Все-таки годовой объем потребления краски в 50 млн евро мог бы быть интересным вложением в завод, но самим российским компаниям это, наверное, не потянуть. Более того, в качественной краске есть доля высокотехнологичной химии, которой в нашей стране либо нет, либо не хватает. Отметим еще, что в рамках Таможенного союза можно было бы продавать существенно больше и пластин, и краски, поскольку в этих странах тоже нет производства данных материалов.

Прочие расходные материалы для печати (офсетная резина, валы, химия) имеют относительно небольшой объем потребления (4–6 млн евро) и, вероятно, в масштабах государства никому не интересны. Впрочем, большинство полиграфической химии можно вполне производить в России, что ряд компаний успешно делают. Смогут ли они нарастить производство, чтобы не связываться с импортом этой продукции, до конца не понятно. Есть, правда, еще фотополимеры для флексографии, объемы потребления которых весьма существенны (более 25 млн евро), но организовать их производство в России кажется проблематичным. Здесь опять придется надеяться на Китай, что в долговременной перспективе не очень хорошая идея.

В еще более худшем положении расходные материалы для цифровой печати. Это высокотехнологичное производство, и скорее всего освоить его без привязки к производителю будет невозможно. Если резюмировать, то государство должно задуматься о сокращении импортозависимости отрасли. В конце концов, она хоть и не стратегическая, но обойтись без ее продукции не получится, а на импорт надеяться, как мы теперь поняли, уже нельзя.

На чем печатать?

Это еще более тяжелая тема, чем расходные материалы. Уже до введения санкций ощущались проблемы с нехваткой бумаги и картона. Сегодняшние санкции напрямую запрещают поставки бумаги и картона из Европы и присоединившихся стран. Отечественные производители бумаги и картона столкнулись с проблемой нехватки некоторых компонентов, и ряд привычных материалов вдруг исчезли из ассортимента (спекулянты моментально взвинтили цены). Государство даже отреагировало на нехватку бумаги и картона, включив, в частности, целлюлозно-бумажный комбинат «Кама» в «системообразующие предприятия». «Кама» практически единственный комбинат, выпускающий мелованный картон для упаковки. Но он не в состоянии полностью закрыть потребность в стране, в лучшем случае справится с третью. Что касается мелованной бумаги, то в России есть один производитель — группа «Илим», уже несколько лет выпускающая бумагу «Омела», но возможности этого завода так же не покрывают потребности страны. Из разных источников доходит информация и о нехватке этикеточной бумаги, самоклейки, полимерных материалов для печати гибкой упаковки и других запечатываемых материалов.

На наши просьбы прокомментировать ситуацию с запечатываемыми материалами и перспективой их поставок никто из компаний, вовлеченных в производство и продажу этого товара, не стал давать официальной информации. Стало известно об уходе с рынка довольно заметных поставщиков — Metsa Board. Приостановили свою деятельность Stora Enso, UPM, Sappi и некоторые другие. Поскольку в совокупности поставок все эти компании обеспечивали весьма приличную долю материалов в России (по грубым оценкам, больше половины), то нехватка материалов должна быть серьезной.

Впрочем, по неофициальной информации, на складах бумажных оптовиков бумага и картон есть в достаточном количестве. Идут поставки, в первую очередь, из Азии. Бумага из Китая уже хорошо известна в нашей стране, и сейчас ее, похоже, будет больше. Впрочем, есть и бумага европейская. Уход компаний с рынка еще не значит, что ее продукцию нельзя привезти и продавать.

Дефицит материала, конечно, будет, но не катастрофический. Организуются поставки картона из Беларуси, есть турецкий картон, вроде даже должен появиться иранский. Возможно, будут сложности с какими-то конкретными сортами бумаги или картона, к которым тот или иной заказчик привык, но тут придется перестраиваться. В пик дефицита офисной бумаги ряд компаний выпустили бумагу с минимальным отбеливанием (серовато-бежевого оттенка), но ничего, многих устроило и это. Для целого ряда задач особо белая бумага и не нужна.

Не хочется приукрашивать действительность — основные трудности еще впереди. Пока еще есть досанкционные складские запасы, выполняются некоторые поставки материалов, договора на которые были заключены ранее. Хочется отметить, что государственная политика прошлых лет «не замечать» полиграфическую и целлюлозно-бумажную отрасль привели к сложившейся ситуации. Практически все построенные в Советском Союзе целлюлозно-бумажные комбинаты оказались либо закрыты, либо перешли в собственность зарубежных компаний из США и Европы. По сути, российских ЦБК просто нет. Как поведут себя владельцы этих комбинатов и не примут ли решение закрыть производство, выполняя санкции, сейчас сказать нельзя. Во многих случаях бумага — это стратегический товар и товар первой необходимости, а значит, отдавать его в руки иностранцев было, конечно, недопустимо.

А что с оборудованием?

Полиграфическое оборудование в нашей стране практически не производится, если не считать небольших заводов, поставляющих простые послепечатные устройства. Допечатной техники нет, печатной — нет, цифровой печатной — нет, серьезной послепечатной тоже нет. Все импорт. И этот импорт запрещен на основании пятого пакета санкций. По крайней мере, из тех стран, которые к этим санкциям присоединились. Как быть тем, кто планировал приобретение оборудования в ближайшее время? Ответа на этот вопрос нет. Все ведущие производители (большинство из них из Европы) не имеют возможности поставок оборудования. А те кто может и мог бы что-то отгрузить (например, японские компании) либо не хотят рисковать попасть под вторичные санкции, либо не имеют нормального логистического канала.

Из возможных поставок остается Китай, где можно найти вполне приличное послепечатное оборудование, особенно для производства упаковки, либо флексографскую технику для гибкой упаковки. Наверное, можно приобрести печатные машины из Индии, если они кому-то сейчас нужны.

Вполне возможен рынок бывшего в употреблении оборудования, которое завозить придется довольно сложными логистическими путями. Впрочем, над логистикой сейчас усиленно работают транспортные компании, и, возможно, в ближайшей перспективе появятся вполне понятные и прозрачные логистические схемы. Так что на ближайшее время приобретение новой техники стоит отложить. Тем более что у ведущих производителей оборудования срок поставки теперь удлинился до года и более (сказываются последствия пандемии).

Непростая ситуация и с ремонтом. Запасные части тоже попали под запрет, поставлять их теперь стало очень непросто. Так что либо придется организовывать серые каналы, чем некоторые компании уже занимаются, либо искать совместимые запчасти на мировых торговых площадках и у поставщиков, которые этими запчастями занимаются. Многие запчасти найти можно. Собственно, ремонт можно организовать своими силами (многие типографии это умеют), либо приглашать свободных инженеров (они есть), либо привлекать фирменный сервис, если он готов работать. У разных компаний это происходит по-разному.

Экономика импортозамещения

Резонный вопрос: почему в России нет производства тех или иных полиграфических материалов и тем более оборудования? Во всем виновата экономика. Строительство и эксплуатация завода стоят вполне конкретных денег. Объем рынка тех или иных материалов и оборудования также более менее известен. Дальше простейший экономический расчет. Если в строительство завода нужно вложить объем средств, который многократно превышает весь объем российского потребления, то инвестировать в завод никакого смысла нет, он никогда не окупится. В этой связи строительство завода по выпуску офсетных пластин или печатных машин в России вряд ли имеет смысл. А вот строительство завода по выпуску краски или бумаги может быть вполне успешным.

Есть, конечно, и другой вариант экономики. Можно строить завод с перспективой выхода на внешние рынки. Например, с учетом наличия собственного недорогого алюминия перспектива строительства завода по производству пластин приобретает уже совсем другие перспективы. В настоящее время Россия потребляет в лучшем случае 1% мирового рынка офсетных пластин. Попытаться замахнуться, например, на 10% мирового рынка пластин в корне меняет дело. По причине роста цен на алюминий в мире пластины из России могут оказаться весьма востребованными (как сейчас пластины из Китая, которые активно теснят большую тройку). С учетом этих фактов правительство и частный бизнес могли бы и задуматься. Не все же нам нефть с газом качать…

Что делать?

Самый непростой вопрос в текущей ситуации. Каждая типография будет решать его для себя самостоятельно. Точно так же, как и поставщики оборудования и материалов. В России, по сути, официально разрешили параллельный импорт. Кто может, должен этой возможностью воспользоваться. Насколько нам известно, многие типографии и дилеры цифрового оборудования прорабатывают альтернативные каналы поставок расходных материалов и запчастей, и первые успехи уже есть.

Существуют серьезные проблемы с логистикой. Но и они постепенно решаются тем или иным способом. Так что со временем, даже если политическая ситуация не будет улучшаться, какие-то поставки все равно будут. Многие российские типографии сами проводят обслуживание своего оборудования, лишь изредка прибегая к услугам официальных (или неофициальных) сервисов. Эта деятельность будет только развиваться. Причем сейчас она приходит и в цифровую печать, где раньше ее было очень мало. Большинство цифровых печатных машин находилось на клик-контрактах у поставщика, все ремонты и замены запасных частей были его зоной ответственности. Теперь типографиям приходится многое делать самим. Некоторые уже научились использовать «совместимые» расходные материалы с той или иной степенью успеха. Приспосабливают и запасные части от «похожих» машин, либо разбирают аналогичные машины на запчасти.

Российская полиграфия никогда не была интересна государству, поэтому привыкла выживать самостоятельно. Сейчас для нее, пожалуй, самое серьезное испытание за все постсоветские годы. У нас как у специализированного издательства тоже. Сколько сможет отрасль в целом и каждая типография в отдельности выдерживать этот натиск, сейчас понять нельзя. Остается только верить в лучшее и надеяться!

Загрузка комментария ... Комментарий будет обновлен после 00:00.
  • Этот комментарий не опубликован.
    Андрей Крупнов · 23/05/2022
    Спасибо автору за статью. Не могу только согласиться с главным - основная причина всех нынешних трудностей вовсе не в том, что в стране нет того или иного собственного производства или что нельзя было отдавать его в руки иностранцев. Современный мир очень зависим друг от друга, экономики разных стран тесно переплетены (обратный пример - зависимость Европы от российского газа и нефти) и пытаться отстроить новую автаркию - путь в никуда. Советский Союз пытался - и многие еще помнят как это было и чем все закончилось.
    Не проще ли научиться жить в мире - без “специальных операций” и фантомных болей о прошлом?
    • Этот комментарий не опубликован.
      Максим Мережко · 23/05/2022
      Не проще ли научиться жить в мире - без “специальных операций” и фантомных болей о прошлом?
      Ответ очевиден, но в нынешнее время, кажется, непопулярен...
    • Этот комментарий не опубликован.
      Михаил Кувшинов · 24/05/2022
      >Не проще ли научиться жить в мире - без
      Предположу, что у Андрей Крупнов нет машины времени и речь идет о настоящем и будущем.
      Тогда представим на минуту, что все полиграфисты России вручили свои судьбы Андрей Крупнов и ждут инструкций что именно они должны сделать для решения проблем отрасли, указанных в статье. А к Андрей Крупнов вопрос даже не что им надо будет сделать под таким руководством, а сколько займет времени решение задачи и что они будут кушать в пути. Так сколько?
Войдите, чтобы написать...

Комментарии
Ближайшие мероприятия